Николай Литовка: Во Вьетнаме есть два способа разбогатеть — продавать наркотики или стать футболистом Интервью,Футбол

Вашему вниманию интервью с географическим уклоном. Уникальная история уникального украинского голкипера Николая Литовки.

Киевлянин, который не побоялся поехать в далекую, абсолютно чужую страну. Он не только сумел стать легендой вьетнамского футбола, а и сыграл два матча за местную национальную сборную.

Подстава

— Давайте начнём с того, как коренной киевлянин попал в чемпионат Вьетнама?

— На то время у меня был контракт, кажется, с Винницей. Бывший тренер по вратарям киевского ЦСКА предложил мне поехать во Вьетнам. Я согласился, мне было интересно попробовать себя там.

— Что-то знали о Вьетнаме, когда ехали туда? Возможно, были какие-то стереотипы, касательно этой страны?

— Практически ничего не знал. Именно поэтому-то им было интересно. Это было что-то новое. Не Европа, а Азия, всё-таки. Первая мысль у меня была – просто посмотреть, как там люди живут. Планировал там на годик остаться, для разнообразия, но потом всё наладилось и понравилось.

— Родные не отговаривали?

— Они отнеслись к этому с некой осторожностью. А так, вроде, нормально. Всем было любопытно, что из этого получится.

— Первое, что удивило во Вьетнаме?

— Это их мопеды. Мы, как выехали из аэропорта, то просто ахнули. Их было просто безумное количество. Такую кучу непривычно было видеть.

Потом ещё много потрясений было. Это и еда, и культура, и традиции. Там все по-другому Азия очень сильно отличается от Европы.

— Чувствовалось ли, что Вьетнам – коммунистическое государство?

— Да, было очень любопытно. Казалось, что вернулся в Советский Союз (смеется – прим. автора). Постоянно какие-то собрания у них. Хо Ши Мин для них – это как Ленина во времена СССР. Всё в красные цвета раскрашено. Было ощущение, что в прошлое вернулся.

— Могли бы рискнуть дать какое-то откровенное интервью, раскритиковать правительство?

— Да их критиковать особо не за что. Там все очень даже демократично. Из всех коммунистических стран, Вьетнам – наиболее демократичная. Там всё очень стабильно. У человека есть возможность развиваться. А так чтоб табу было на какие-то слова, то такого у них нет.

А вот меня критиковали. Когда я в сборную Вьетнама попал, и сыграл две игры. Довольно-таки успешно сыграл, кстати. А потом они приняли запрет на приглашение иностранных игроков в сборную. Я не понимаю этого. Ладно, если бы натурализованный футболист был на уровне с вьетнамцами, но, если он сильнее и дает результат? А результат-то был. Ну, ничего страшного. Ничего со мной не произошло: не повесили, не расстреляли. Всё хорошо закончилось.

— Можно сказать, что запрет этот был сделан для вас, ну, или из-за вас?

-Да, возможно. Мне вообще кажется, что это была какая-то подстава, игра шахматная. Меня поставили на две очень сложные игры: Это матч с Олимпиакосом и Кувейтом. Я думаю, если бы я пропустил там гол… Мне конкретно повезло, что я обе встречи отыграл «на ноль». Если бы пропустил, критиковали бы меня нещадно. А так я во всех газетах чуть ли ни героем был. Приятно было. А когда играть запретили то, все сильно удивились.

— Правда ли, что там особенно тепло воспринимают людей с постсоветского пространства?

— Да, хорошо относились. Но я бы не сказал, что везде так. Там была война между севером и югом. Север поддерживал СССР, юг – Америку. По этому, сложно сказать, что прямо все поголовно хорошо принимали.

«Фрог», права, 16000$

-Во Вьетнаме нет никаких сложностей с тем, чтоб достать алкоголь?

— Нет, там абсолютно никаких запретов нет. Наоборот, все пьют пиво, так, нормально пьют, как и у нас. Но у них сам процесс распития специфический. У нас, там, могут быть застолья до утра. А у них не так: они собираются, за два часа успевают «накидаться» (смеется — прим. автора), а потом домой едут. Все очень быстро: раз-два-три, и их уже спать везут.

— Вас, учитывая славянское происхождение, никто перепить не мог?

— Я и не соревновался (смеется — прим. автора). У меня специфический организм. Я две бутылки пива выпиваю, или половину бутылки вина, и мне хватает. Есть какой-то порог генетический. Чуть-чуть выпил, уже «хорошо» стало, зачем же продолжать? Да и сейчас времена меняются. Уже и не помню, когда в последний раз с друзьями сидели. А может это я старею (смеется — прим. автора)

— Что самое необычное из местной кухни удалось попробовать? Я читал, они мышей жарят.

— Да, но это больше в бедных кварталах. Я больше змей, жаб ел. Но жабы – это ещё вполне нормально. Достаточно вкусно, кстати. Змей тоже пробовал, но не так понравилось. А жаб я много мог съесть. Они по вкусу на курицу похожи, но гораздо нежнее.

Помню, когда в первый раз их ел, тогда я ещё не знал, что это. Так вот, подходят ко мне, говорят (причем сказали не вьетнамцы, а африканцы): «Подожди, ты знаешь, что ешь?». Я: «Нет». А они говорят: «Фрог-фрог». Я удивился. Нужно сказать, что не похоже на жабу было. Они их обжаривают красиво.

— А что из сувениров привозили в Украину?

— У них продаются разные настойки алкогольные со змеями. Бутылка, а там внутри змея. Бывало, шапочки их традиционные привозил, халаты, украшения разные прикольные. Они вообще любят всякие безделушки, поэтому всегда было, что привезти.

— На чем передвигались по Вьетнаму и как сдавали на права (документы нашего образца там не действуют – прим. автора)?

— Если честно, я ездил вообще без прав (смеется — прим. автора). А ездил я на байке. Во Вьетнаме вообще никогда не останавливают на дороге. Не помню и чтоб у меня какие-то проблемы с этим были. Да и сейчас, имея машину, погонять не очень люблю.

А во Вьетнаме вообще правила на дороге необычные. Там кто наглее, тот и прав. Можешь ехать по «главной», а сбоку просто автомобиль выедет и «подрежет». Это от того, что они друг-друга не пропускают никогда на дороге, и приходится очень долго ждать. По этому, нужно просто включать «мороз» и не думать о других. Из-за этого нюанса там все ездят очень-очень медленно. Буквально 30-40 км/час. Если ты едешь 40 – это просто сказка. Но так получалось только ночью.

— Футболист – единственная профессия местных игроков, или, чтоб хватало на жизнь, нужно ещё и работу иметь?

— Нет, они даже шутят: «Во Вьетнаме есть два способа разбогатеть: продавать наркотики или стать футболистом». Эти ребята там себя очень даже комфортно чувствуют.

— У президента Вьетнама официальная зарплата — 250$, а у вас сколько было?

— В последнем клубе получал 16 000$ в месяц.

— В 60 с лишним раз больше президента?

-Получается, так (смеется – прим. автора). Но я про зарплату президента даже не знал. Но это только официальная цифра. У них, наверное, тоже свои теневые доходы есть. Просто не афишируется это.

Система, договорняки, три на три очка

— Назад, в Украину звали?

— Звали, но я не хотел. Я там себя довольно комфортно чувствовал. У меня было имя, а тут – не знаю, как бы все сложилось.

— Приезжали во Вьетнам футболисты, известные в Европе?

-Да, Кафу приезжал. Но сыграть против него не удалось. Он пробыл совсем немного, буквально один круг, потом травму получил. Был ещё такой игрок – Настя Чех. Многие игроки из Бундеслиги приезжали. Это все потому, что зарплаты вверх пошли. Естественно, там, где деньги, там и футболисты сильные.

— 16 000 – это была среднее или высокая зарплата для их чемпионата?

— Высокая. Одна из самых высоких в чемпионате.

— Ходили во Вьетнаме слухи договорных матчах?

-Да, были скандалы. Даже сажали игроков. И судей сажали. Слава Богу, мне посчастливилось ни одного такого матча не сыграть.

В Украине, когда я начинал, а особенно когда я начинал, такого было очень много. Бывало, просто, тренер заходил в раздевалку и говорил: «Сегодня вы должны сыграть так-то и так-то».

Бывали расклады, когда обменивались с командами три на три очка. И такое тогда было на всех уровнях: и в первой, и во второй, и высшей лиге. Это система. Как один игрок может сказать команде, чтоб те слили матч? Это приходит тренер и говорит. Или же он общается с несколькими игроками. А если тут ты не будешь со всей командой, то просто «завернут» твою карьеру. А вообще, это очень печально. И больше всего тут жаль зрителей. В основном, конечно, это были матчи, где ничего не решалась, и зрителей почти не было. А в играх за первые места об этом можешь и не знать. Это могли быть один-два игрока. И только через время «всплывало», что кто-то тогда сдавал матч.

Понимаешь, там все повязаны. И те, кто наверху сидит — в первую очередь. Потому-то разбирательств никто и не начинает. Если один сядет, сядут все. Начнутся разбирательства, и очень много людей пострадает. Но, насколько я знаю, сейчас ситуация гораздо лучше. Таких матчей уже меньше.

Динь Хонг Ла, разногласия, «красиво» сделано

— Расскажите о том, как получили гражданство Вьетнама.

-Я отыграл там четыре года, и мне предложили принять гражданство. До этого один бразилец уже принимал гражданство. У меня было желание попробовать себя.

— Что значит ваше вьетнамское имя — Динь Хонг Ла?

-«Динь» – это имя их императора. «Хонг» – это, в переводе со вьетнамского, значит «император», а «Ла» – это сокращенно от «Мыкола», меня так называли. Очень даже хорошо звучало, мне нравилось.

— Почему сейчас не живёте во Вьетнаме?

-У меня возник конфликт с руководством клуба. Связано это было с графиком заездов на игры. Они, почему-то, сделали его за четыре-пять суток до матча. Я с этим не был согласен, потому что имел семью, а нужно было почти все время ночевать на базе. Я говорил, мол, у меня своя семья, свои проблемы, что есть закон про восемь рабочих часов. Но они не были со мной согласны. В итоге, начались разногласия, и я уехал оттуда. Просто я для них начал создавать проблемы. В том плане, что я постоянно говорил об этом и игроки были за меня. Просто они боялись говорить. Я был более открытым, мог прийти к президенту и там это обсуждать. Им стало невыгодно держать меня в команде.

— Почему решили завершить карьеру? Были ли варианты ещё поиграть?

-Я не мог играть, потому что у меня не закончился контракт во Вьетнаме. И они не захотели меня просто так отпустить.

-Деньги они выплачивали?

— Нет, они перестали платить, потому что я покинул клуб. На самом деле, там очень много разных нюансов. Но у них претензий нет. Если бы они чувствовали, что правы, они бы подавали документы в ФИФА, УЕФА и решили бы это. Там, просто, все так красиво сделано.

Суеверия, рай для ботаников, мыши, как коты

— Говорят, вьетнамцы – очень суеверные люди. Правда?

— Да, присутствуют свои суеверия, но они и в Украине есть. Я этого не чувствовал, старался абстрагироваться от этого. Когда кто-то говорил мне о приметах, я отвечал: «Пусть это будет ваше, а меня не трогайте»

— А в джунглях вам довелось побывать?

— Да, ездил. У них есть национальный парк, там очень красиво. Много разных насекомых, животных. В общем, рай для ботаников и зоологов.

— Боялись местных насекомых?

-Поначалу – да, потом привык. Самые страшные для меня — мыши они такие большие были и бегали по улицам.

— Как коты?

— Нет, это ты уже преувеличиваешь (смеется — прим. автора).


Источник: football.ua